ТРАНСФОРМАЦИЯ МАСКУЛИННОСТИ И ВОВЛЕЧЁННОГО ОТЦОВСТВА В УЗБЕКИСТАНЕ: СОЦИАЛЬНО-КУЛЬТУРНЫЙ И ГЕНДЕРНЫЙ КОНТЕКСТ
Keywords:
маскулинность, отцовство, вовлечённое отцовство, гендерные роли, семейные практики, Узбекистан, СНГ, гегемонистская маскулинность, гендерные стереотипы, социальные измененияAbstract
В данной статье рассматриваются трансформации маскулинности и отцовства в глобальном и локальном контексте с акцентом на Узбекистан. Анализируются изменения мужских ролей в западных странах, где происходит переход от модели «кормильца» к вовлечённому и эмоционально активному отцовству, а также особенности процессов в странах СНГ и Узбекистане, где традиционные гендерные стереотипы сохраняются, но наблюдаются первые признаки изменения семейных практик. Особое внимание уделяется влиянию социально-экономических факторов, государственной политики и международных инициатив на формирование новых моделей мужского поведения и активного участия мужчин в воспитании детей. Работа подчёркивает необходимость локальных исследований для понимания адаптации молодых мужчин к новым гендерным и семейным ролям.
References
1. Connell, R. W. Masculinities. 2nd edition. University of California Press, 2005.
2. OECD. Gender Equality and Fatherhood Policies. OECD Publishing, 2020.
UNICEF. Engaging Fathers in Childcare: A Global Perspective. UNICEF, 2019.
3. UNFPA. State of World Population 2022: Gender and Family. UNFPA, 2022.
4. Ubaydullaeva, B. M. Changes in the Role and Status of Fathers in Uzbekistan in the 20th Century. Tashkent: Fan, 2015.
5. Inamova, S. T. Masculinity and Gender Studies in Uzbekistan: Research Gaps and Perspectives. Tashkent: National University Press, 2018.
6. Asian Development Bank. Uzbekistan: Country Gender Assessment. Manila: ADB, 2021.
7. Gender.uz. Research Platform on Gender Issues in Uzbekistan. Accessed 2025. https://gender.uz
8. Ministry of Justice of Uzbekistan. Law on Guarantees of Equal Rights and Opportunities for Women and Men. Tashkent, 2019.
9. Ministry of Health and Social Development of Uzbekistan. Strategy for Achieving Gender Equality by 2030. Tashkent, 2020.
